История России
Эпоха Рюриковичей. От древних князей до Ивана Грозного.

Главная страница

 

Содержание

Террор Ивана Грозного. Продвижение Малюты Скуратова.

Первым погиб дьяк Казарин Дубровский, известный взяточник, по вине которого сорвался поход в Ливонию в конце 1567 года. Но когда казнили некоторых приближенных Владимира Старицкого, митрополит Филипп при большом стечении народа в Успенском соборе потребовал от государя упразднить опричнину.

Царь ответил на брошенный вызов. Опричники забили советников митрополита железными палицами. Одновременно были истреблены слуги и приближенные конюшего Челядинина. Больше всех бесчинствовал Малюта Скуратов, самый худородный из опричников. С этого момента началось его воз­вышение. Но богатейшие вотчины Челядинина близ Твери царь разгромил сам. Слуг конюшего посекли саблями, а челядь и домочадцев загнали в сарай и сожгли. Об этом сохранилась краткая запись: «В Бежецком Верху отделано Ивановых людей 65 человек да 12 человек скончавшихся ручным усечением».

Осенью 1568 года удалось сместить митрополита Филиппа - запуганная Боярская дума вынесла решение о суде над ним. Его обвинили в «скаредных делах» и осудили на вечное заточение (через два года Малюта Скуратов задушил его в камере). После этого опричников уже ничто не сдерживало. Из сохранившихся документов следует, что по делу Старицкого было казнено более 3 тысяч человек.

Террор совпал со стихийными бедствиями, несколько лет подряд свирепствовавшими в стране. Начался голод, от которого погибло втрое больше людей, чем от опричных погромов. Вместе с голодом пришла чума. Осенью 1570 года в Москве ежедневно умирало до тысячи человек. Власти предпринимали жесточайшие меры. Чумные дворы заколачивали вместе с живыми и мертвецами. На всех дорогах стояли заставы. Всех, кто пытался выехать из зачумленных городов, убивали и сжигали на больших кострах вместе со всем имуществом. Но и это не могло остановить эпидемию — даже в далеком Великом Устю­ге погибло 12 тысяч человек. Крестьяне бежали на дальние ок­раины страны, проникая даже за Урал. В результате некогда процветавшие земли опустели.

Самым мрачным событием опричнины стал поход на Новгород. В начале января 1570 года государь явился в город с оп­ричным войском и объявил об измене. Первым делом опричники ограбили Софийский собор, а потом началась расправа. Дознание велось с помощью жесточайших пыток. Примерно за месяц было замучено около 700 человек, в том числе женщины и дети. Среди казненных преобладали дворяне и дьяки, но были и купцы.

После этого опричники разгромили в окрестностях города 27 монастырей. Простых людей не трогали, но перед отъездом из Новгорода опричное войско разграбило и посад. Всех, кто пытался сопротивляться, убивали. Сохранился краткий отчет об этой карательной экспедиции: «По Малютиной скаске в ноугороикой посылке Малюта отделал 1490 человек (ручным усечением), ис лишали отделано 15 человек». Полагают, что в общей сложности было казнено около 3 тысяч человек, еще больше погибло от голода и лишений. Город был полностью разорен. Такая же судьба ожидала и Псков, куда опричники направились из Новгорода, но псковичей спас случай. Под Иваном Грозным пал конь. Царь счел это зловещим предзнаменованием и покинул город.

Годы опричнины страшно ослабили русское государство. Противники России использовали внутренние раздоры в своих целях. Известно, что поход на Новгород был спровоцирован Литвой, агенты которой всячески стремились скомпрометировать новгородцев. 15-тысячная опричная армия громила русские города, в то время как земское войско изнемогало в Ливонии. Из-за этого Россия так и не смогла добиться решающего перевеса в войне.

Тяжелая ситуация сложилась на юге, где приходилось держать в боевой готовности значительные силы. В 1571 году татары смогли прорваться к Москве. Взять город они не успели - начались пожары, которые налетевшая буря обратила в настоящую катастрофу. За три часа город полностью сгорел. Погибло множество людей, в том числе и татар, пытавшихся грабить город. На следующий день они отступили.

Через год татары явились вновь, но на этот раз их уже ожидало объединенное опрично-земское войско под командованием Михаила Воротынского и Дмитрия Хворостинина. Под Серпуховым противника разбили. Военная мощь Крыма была подорвана. Угроза с юга на некоторое время отступила.

Вскоре царь объявил об отмене опричнины. Государев гнев обратился на тех, кто подсказал ему мысль о диктатуре. Алексея Басманова и других руководителей опричнины обвинили в заговоре и казнили, других опричников карали за преступления против земщины. Наконец, в 1572 году было под страхом наказания запрещено даже упоминать об опричнине. Но царь по-прежнему всюду видел измену. Поэтому спустя три года Иван Грозный предпринял попытку восстановить «государев удел» в другой форме.

Он снова отрекся от престола и передал власть касимовскому царевичу Симеону Бекбулатовичу. Сам же назвался Иваном Московским, удалился из Кремля, поселившись на Арбате, и писал на имя нового «ве­ликого князя» униженные челобитные. В своем уделе Иван Грозный обладал всей полнотой власти. В удел он взял и своего сына Ивана, объявив его соправителем. Эта комедия длилась целый год, но иностранные дипломаты попрежнему относились к Ивану Грозному как к государю. В течение всего года продолжались и репрессии, затронувшие, однако, огра­ниченный круг людей — в основном, бывших руководителей опричнины. Среди них был и личный врач царя Елисей Бомелей, оговоривший под пытками новгородского архиепис­копа Леонида. Снова бич обрушился на новгородцев: Леони­да обвинили в колдовстве, и по его делу в Новгороде было со­жжено 15 ведьм. Наконец Симеон Бекбулатович был отправлен на «великое княжение» в Тверь, а Иван Грозный вновь воцарился в Москве.
Террор Ивана Грозного. Продвижение Малюты Скуратова.